СЕВЕРНАЯ КОРЕЯ

МАРТ 2017

Попасть в Северную Корею проще простого. У Северной Кореи есть государственное предприятие, которое занимается организацией туров, примерно, как в СССР был «Интурист». Туроператоры разных стран напрямую работают с этой организацией. Все, что нужно туристу, — обратиться к туроператору, заполнить анкеты и трижды расписаться в том, что ты не журналист. Северяне неделю проверяют твои данные и в большинстве случаев дают добро на посещение страны.

Путешествие в Северную Корею возможно исключительно в виде организованного тура, с гидами и программой. То, что Украина имеет безвизовый режим с Северной Кореей, не имеет никакого значения. Без специальной туристической карточки, которая, по сути, является разрешением на въезд, Вас не только не впустят в страну, но даже не продадут авиабилет. Абсолютно все туры с фиксированной программой. Вы просто выбираете количество дней — минимально 6 ночей, а максимально — 12. Программу изменить нельзя.

Тур в Северную Корею на данный момент — один из самых безопасных и четко отлаженных. Неважно, приехали Вы один или вшестером — у Вас все равно будет отдельный автобус, водитель, русскоязычный гид и сопровождающий сотрудник местного КГБ. И это сопровождение будет с Вами все время Вашего пребывания в стране. С момента, как Вы вышли утром из номера отеля, и до того, как Вы поздно вечером в этот же номер зашли — они все время будут с Вами, не выпуская Вас из зоны прямой видимости.

ПРИЛЕТ И ТАМОЖНЯ

В Пхеньян мы с моим другом Сергеем Ярошем, о котором я рассказывал во второй главе, летели из Пекина на старом советском ИЛ с плохо затертыми надписями на русском. Лететь всего полтора часа.

Первые впечатления — это, конечно, аэропорт. Насколько убитым и потрепанным был самолет, настолько был новеньким и красивым аэропорт. Небольшой, но вполне симпатичный. Правда, на табло горело всего два рейса: один из Пекина, второй из Владивостока — других рейсов нет.

Перед вылетом туроператор пугал нас, что таможня Северной Кореи будет очень тщательно обыскивать всех туристов. Нам даже выдали специальные «памятки», где было написано, что у нас будут просматривать весь контент, записанный на компьютеры и телефоны. Я специально удалил все фотографии, закладки и фильмы — на всякий случай. Но нас вообще не досматривали. Единственное, что интересовало пограничников, так это печатные издания. У девочки, которая стояла перед нами, изъяли путеводитель по Северной Корее и какой-то абсолютно безобидный журнал мод.

Кроме того, нас заставили декларировать все мобильные телефоны, айпады и компьютеры. Северокорейский «эксперт» внес каждый из гаджетов в отдельный журнал и предупредил, что, сколько мы гаджетов ввезли, столько же должны и вывезти. Правда, на отлете у нас ничего вообще не проверяли.

ГИДЫ

Сразу после таможни нас ждало закрепленное за нами сопровождение. Из рассказов туристов мы знали, что обычно гид — женщина, а представитель КГБ — мужчина, но в нашем случае оба гида были женщинами. Мы с моим попутчиком до самого конца путешествия так точно и не определили, кто же из них работает на Контору. Впрочем, наверняка обе и работали.

Как только мы сели в автобус (как я уже говорил, каждой группе предоставляется отдельный транспорт), нас сходу спросили, знаем ли мы о правилах съемки. Далее нам вполне корректно пояснили, что Северная Корея находится в кольце врагов, поэтому снимать все, что мы захотим, нельзя. Вдруг мы случайно снимем какой-то важный стратегический объект или какой-то нетипичный момент, который потом будет использоваться вражеской пропагандой для очернения самого справедливого строя в мире. Конечно, мы все это знали, поэтому сразу предложили компромиссный вариант — давайте мы будем снимать, а вечером Вы просмотрите отснятое и удалите то, что не понравилось. Гидов (будем называть их так), это устроило. Забегая вперед, могу сказать, что прямо нам запрещали снимать всего два раза, а отснятое проверяли всего один раз.

Очень важно установить «контакт» с гидами, «подружиться» с ними. Ведь для них это работа. Нервная работа. Из их же полунамеков я понял, что, когда туристы ложатся спать, после тяжелого и насыщенного дня гиды садятся писать долгий и нудный отчет за прошедшие сутки. Они должны четко расписать, как вели себя туристы, были ли провокации, что фотографировали, поверили ли в официальную версию, были ли странные вопросы и так далее.

Мы старались облегчить нашим гидам жизнь и лишние вопросы не задавали. Когда мы видели полуоборванных солдат, которые кирками фигачили какие-то кирпичные стены, — сами подсказывали гидам, что это стройбат, что у нас такое же есть. Если видели 100 человек в очереди на автобус в 6:30 утра, то делали вид, что это нормально. При виде десятков людей, которые в парке вручную вырывали траву, мы лишь «восхищались», какие трудолюбивые корейцы. Машины, работающие на дровах, мы «не замечали» вовсе.

Мы не пытались им доказать, что так жить нельзя, или раскрыть глаза на что-либо. Послушайте, у них каждую неделю туристы, все гиды прекрасно понимают и знают. Они честно исполняют свою роль. Если мы видим оборванных военных с кирками — мы же и так понимаем, что их на 15 лет забрали в армию, и это дешевый полурабский труд. Мы это знаем и понимаем, зачем в это тыкать гиду, чтобы она говорила нам заученную фразу про единение народа с армией, а потом писала это в отчете. Мы все видели, мы все понимали, но гидам это не высказывали.

И гиды отвечали нам взаимностью. Они практически не запрещали нам снимать. У нас был молчаливый договор — мы не усложняем жизнь им, они не усложняют жизнь нам.

И конечно, гидам нужно привезти хорошие подарки. Это устоявшееся правило — привозить гидам подарки, даже соответствующий прейскурант есть. Водителю — блок американских сигарет, гиду — французские духи, а КГБшнику — банку кофе и бутылку виски. Все эти вещи в Северной Корее достать невозможно, поэтому здесь они имеют огромную ценность. Средняя зарплата в Северной Корее — менее 7 долларов, поэтому для гидов это очень существенные вещи. И чего уж тут греха таить: чем лучше Вы привезете подарки гидам, тем более лояльными они к Вам будут.

МОНУМЕНТ ВОЖДЯМ

Прямо из аэропорта мы поехали к Монументу Вождям — Ким Ир Сену и Ким Чен Иру. Вернее не так. Мне сразу сделали выговор, что нельзя так просто говорить Ким Ир Сен — надо говорить Великий вождь и мудрый учитель товарищ Ким Ир Сен. Но так как мы иностранцы, нам разрешили говорить просто Товарищ Ким Ир Сен. Но без товарища никак. Он же тебе не приятель, сказали гиды.

Монумент Вождям — это самая знаменитая картинка из Северной Кореи. Просто так сфотографироваться сюда прийти нельзя, существует целый ритуал посещения этого места. Сюда приходят целенаправленно «возложить цветы и поклониться вождям». Покупаешь букет и медленным, торжественным шагом отправляешься к памятнику.

После того как возложил цветы, нужно три раза памятникам поклониться. Сразу поворачиваться к ним спиной тоже нельзя. После этого можно сделать несколько фотографий на фоне, не больше. Я попытался устроить небольшую фотосессию, и ко мне тут же подошел суровый мужчина в штатском. Еще нельзя вождей фотографировать не в полный рост или сбоку. За этим тоже следят.

Одно было плохо — мы приехали почти на самом закате, и было уже темно. Фотографии получились очень плохими, темными, а с некоторых ракурсов, наоборот, засвеченными заходящим солнцем. Я попросил приехать сюда еще раз, когда будет нормальное освещение, но гиды сказали, что утвержденную программу менять нельзя. Посещение памятника сегодня, и больше его не будет. И вот тут как раз и вступают в игру «хорошие отношения с гидом». Я попросил гидов еще несколько раз, после чего они связались с куратором, получили разрешение, и через день мы снова заехали к монументу.

Было отличное освещение, и получились хорошие фотографии. Но главное, в отличие от первого раза, возле монумента было полно людей и огромное количество свадеб, которые хоть как-то разбавляли суровую действительность места. Как и в СССР, любая свадьба в Северной Корее — это, прежде всего, обязательные снимки на фоне монумента вождям.

В Северной Корее нет разводов. Не в смысле, что они все любят друг друга до гроба, а в смысле, что официальная процедура такая не предусмотрена. Только по исключительным мотивам, если супруг неизлечимо болен или если детей иметь не могут, только тогда партийная ячейка района, где они живут, дает разрешение на изменение записи в книге регистраций. Никаких других вариантов развестись просто не существует. Поэтому женитьба в Северной Корее — дело особенно важное, по сути, делаешь шаг, который уже не исправишь. Женятся обычно в 25 лет, секс до свадьбы строго не приветствуется. Северокорейцы вообще впадают в ступор от разговоров о любви и сексе, видимо, любовь может быть только одна — к Великим Вождям.

 

С другой стороны, именно здесь я впервые увидел улыбающихся корейцев. По улице они обычно ходят хмурые и неулыбчивые. А тут они расслабленные, счастливые и даже не шарахаются от моей камеры. И невесты все в национальных костюмах, красиво же!

ГОСТИНИЦА

Жили мы в гостинице «Янгакдо». Здоровенная такая бетонная коробка на 47 этажей. Интерьер — стандартный Советский Союз. Номера чистые, но убогие. Мебель 70-х годов, сантехника 60-х. Тумбочки со встроенным радио, телефоны из первых кнопочных, зато абсолютно все номера «курящие».

Гостиница находится на острове посредине реки. С берегом остров соединяет мост, на котором стоит КПП с охраной. Таким образом, самому пойти в город невозможно чисто физически. В самом отеле везде стоят видеокамеры, и наблюдение ведется круглосуточно.

В интернете я прочитал, что центр наблюдения за постояльцами находится на 5-м этаже. Я пытался туда попасть, но кнопка лифта на 5-й этаж не работает. Хотя один раз со мной в лифте ехали три корейца — кнопку 5-го этажа они точно не нажимали, но лифт остановился именно на 5-м. Когда двери лифта открылись — на этаже вообще не было света, корейцы вышли в полную темноту и подождали, пока двери лифта закроются.

Мы с Сергеем все наше путешествие почти не говорили в номере. Понимали, что слушают каждое слово. Если надо было поговорить и обменяться мнениями — мы выходили в огромный вестибюль отеля, становились посреди него и говорили шепотом. Может, паранойя, но нам так было спокойнее.

В гостинице есть сувенирные магазины, кегельбан, бары. Везде принимают только доллары, евро или китайские юани. Причем цена, что в долларах, что в евро одинаковая. То есть бутылка воды будет стоить 3 доллара или 3 евро. Они курс не понимают и не пересчитывают. Вообще в Северной Корее иностранцы могут купить что-либо только за доллары или евро, местных денег в руки не дают, даже посмотреть. Любая покупка происходит следующим образом: ты спрашиваешь, сколько стоит товар, у гида, гид называет тебе цену в евро, ты даешь ей евро, а она уже рассчитывается с продавцом в местных вонах. Поэтому цен мы их не знаем, не знаем курса доллара, не знаем, какая зарплата — туристов просто отсекают от этой информации.

Что в гостинице хорошо, так это виды. Мы жили на 42-м этаже, и вид на Пхеньян был просто замечательный. Ровно в 5 часов утра репродукторы, расставленные по всему городу, начинают передавать патриотическую песню, призывающую народ просыпаться на новые трудовые подвиги. Город просыпается в лучах восходящего солнца.

С 42-го этажа гостиницы бравурный марш не слышно — высоко, хорошая звукоизоляция, тем более что гостиница стоит на острове. Но вот если в 5 утра открыть окно, чтобы покурить, то можно насладиться этим эпическим моментом! Все-таки курильщики иногда могут обнаружить вещи, недоступные другим людям.

Что в гостинице совсем не радовало, так это завтраки. Каждый день абсолютно одинаковые — два жареных яйца, кимчи, два блинчика и пакетик джема. Кимчи, кстати, у них там всегда — на завтрак, обед и ужин. Как рассказали гиды, существует более 60 способов приготовления этого блюда. Впрочем, нас забирали из гостиницы в 7 утра и привозили обратно к 8 вечера. Поэтому в отеле мы только спали.

Вся еда включена в стоимость поездки, поэтому выбора по меню нет. Вам просто приносят заранее оплаченный набор блюд, включая положенную бутылку пива на человека в день. Впрочем, если хочется чего-то особенного — можно заказать отдельно. Попробовали и местную водку Соджу. Водка слабенькая, всего 30 градусов. В Северной Корее, кстати, не принято наливать алкоголь самому себе. Поэтому можно наблюдать чудную картину, когда сидят два корейца и наливают друг другу водку.

ОТЕЛЬ «РЮГЕН»

Кроме нашей гостиницы, есть еще один суперзнаменитый отель в Пхеньяне — северокорейская недостроенная гостиница «Рюген» высотой целых 330 метров. Строить ее начали еще 1987 году, к 1991 году выгнали коробку, и тут деньги кончились вместе с распадом Советского Союза.

16 лет коробка отеля зияла пустыми проемами окон. В 2008 году хитрые северокорейцы договорились с египтянами, что отдадут им эксклюзив на создание сотовой сети в стране в обмен на достройку гостиницы. В гостинице укрепили фундамент и полностью ее застеклили. Но потом что-то пошло не так. Полноценной сотовой сети в стране так и не создали, впрочем, и гостиницу не достроили, внутренняя отделка в здании отсутствует напрочь.

Следующая попытка была еще более хитрой — северокорейцы договорились с одной мировой отельной сетью о достройке и совместной эксплуатации гостиницы. Но США пригрозили санкциями, и отельеры тихо слили этот проект.

Так и стоит «Великая Северокорейская Пирамида» уже 33 года в недостроенном виде. Даже сейчас это самая высокая гостиница в мире. Правда, когда первый постоялец сможет заехать в нее — не знает даже товарищ Ким Чен Ын.

ПАМЯТНИК ЧУЧХЕ И МОНУМЕНТ ПАРТИИ

Чучхе — это главная и единственная идеология Северной Кореи. В свое время маленькая Северная Корея должна была делать выбор: либо идти в фарватере марксизма-ленинизма СССР, либо маоизма Китая. Ким Ир Сен, тогдашний лидер северокорейцев, не захотел подчиняться ни тем, ни другим. Поэтому он придумал новую идеологию — чучхе.

Основные постулаты чучхе: кругом враги и все хотят отнять у нас наш рис. Поэтому только безусловное поклонение вождю! Верить можно только партии и опираться можно только на собственные силы, потому что корейцы лучшие, а весь мир живет хуже, чем они. Как-то так — дикая смесь коммунизма и национализма. Впрочем, именно такая идеология позволяет объяснить населению, почему Северная Корея отгородилась от всего мира и живет в полной изоляции.

Должен Вам сказать, что чучхе работает. Дети в школе нам увлеченно рассказывали, как злой запад хочет их завоевать, потому что корейцы едят рис, которого в стране много. По телевизору я видел замечательную программу, как в США голодают люди, едят воробьев и мечтают переехать жить в Северную Корею. Конечно, я могу и ошибаться, корейский я не знаю. Но весь мой опыт жизни при СССР подсказывает мне, что именно об этом и шла речь.

Чтобы подчеркнуть свой «особый путь», с 1997 года в Северной Корее принято новое «летоисчисление чучхе», началом которого является 1912 год — год рождения Ким Ир Сена. Серьезно, они даты все указывают как, к примеру, 1 марта 108 года Чучхе (2020).

Памятник Чучхе — это здоровенный такой каменный штырь, на верхушке которого языки пламени в виде звезды. Говорят, что это самый высокий каменный памятник в мире. Рядом, как и положено, скульптура рабочего и колхозницы и примкнувшего к ним интеллигента. Символом СССР был серп и молот, которые символизировали единение рабочих и крестьян. В Северной Корее символом правящей Трудовой партии сделали тот же серп, тот же молот, но к нему еще добавили кисть, которая символизирует творческую интеллигенцию.

Трудовая партия Кореи — это почти полный аналог КПСС. Но все же, в СССР де-юре была однопартийная система. В Северной Корее в высшем законодательном собрании, кроме Трудовой партии, представлены еще Социал-демократическая партия и Партия молодых друзей небесного пути. Понятно, что две эти партии — чистая бутафория, и они голосуют синхронно с Трудовой партией, однако де-юре считается, что в Северной Корее многопартийная система.

Второй похожий памятник — это Символ Партии — три руки с серпом, молотом и кистью. Внутри памятника барельефы славного пути партии.

Очень красивая подсветка памятника ночью.

ДВОРЕЦ ПИОНЕРОВ

В моем советском детстве образца 1985 года подобного дворца не было, и меня поначалу даже немножко придушила жаба легкой зависти. Снаружи здание производит стандартно помпезный соцреалистический вид.

Внутри — яркие цвета, модели ракет, огромная карта страны, все очень контрастное и новое.

Но чем больше мы ходили по комнатам (кружкам) дворца, тем более мне это все напоминало обыкновенную показуху. Мы открывали дверь в очередной кружок — тут же вскакивала бойкая девчушка в галстуке и заученно докладывала гиду о том, как их отряд, вдохновленный примером Блистательного руководителя Ким Чен Ына, освоил барабаны, гитары, компьютеры или моделирование.

Не по-настоящему это как-то все было. Я ведь помню свой Дворец пионеров — моделистов, спортсменов и натуралистов. Мы были обыкновенными детьми, где-то раздолбаями, где-то стеснительными. Но так, по-военному заученно «докладывать» вошедшим иностранцам? Не верю, как сказал бы Станиславский.

После осмотра кружков мы зашли в актовый зал, где пионеры давали концерт. Причем почти часовой концерт показывался исключительно для 20 иностранных туристов, больше в зале никого не было.

Для начала пионеры, воздев руки к экрану, на котором был портрет Ким Чен Ына, спели песню о Блистательном Руководителе, благодаря которому жить стало лучше, жить стало веселей. А уже потом пошла лубочная народная самодеятельность. Завершающая песня была о счастливом детстве с показом кадров Дворца пионеров.

Если честно, то мне выступления понравились. Пионеры, красные галстуки, горны и пионерский салют. Как будто на машине времени отправился в детство. Дернул рычаг и вжу-у-ух — ты опять в 1985 году и тебе 11 лет. Я потом специально спрашивал мнение о концерте у других туристов — немцев, англичан, американцев — понравилось лишь мне и полякам. Великая штука — ностальгия.

Рассмешила нас гид дома пионеров, которая сказала, что нам очень повезло, что сегодня мы попадем на этот концерт, ведь он проходит очень редко. Она, видимо, не предполагала, что в гостинице мы общаемся с другими группами, у которых этот концерт был и вчера, и позавчера, и стоит в программе у тех, кто будет там завтра.

МЕТРО

Естественно, никакого свободного доступа в метро нам не дали. Это была организованная экскурсия. Нас завели в метро на одной станции, мы проехались две остановки и вышли на другой станции. Метро маленькое — всего две ветки и 17 станций.

Это был первый раз, когда я оказался в гуще простых жителей Северной Кореи. И знаете что? Они неотличимы от наших.

Зайдите на любую станцию метро Киева или Москвы, и Вы увидите такие же китайские пуховики, такие же неулыбчивые сосредоточенные лица.

Нет, конечно, различия есть, но они минимальны. У них до сих пор вывешивают стенды с газетами. И народ их читает прямо на остановке. В вагоне никто привычно не утыкается в свой смартфон, их здесь просто нет. Старые вагоны из моего детства, в каждом вагоне висят подсвеченные портреты вождей. Метро как метро.

ТРИУМФАЛЬНАЯ АРКА И НУМЕРОЛОГИЯ

Самые большие триумфальные ворота в мире находятся именно в Пхеньяне. Построили их в честь возвращения Ким Ир Сена в Корею после освобождения страны от японцев.

Северокорейцы вообще помешаны на всем гигантском, самом большом, длинном и массивном в мире. Самая большая гостиница в мире, неважно, что ее 30 лет достроить не могут, зато самая! Или самый высокий в мире каменный памятник. А еще северокорейцы помешаны на цифрах.

Как обычно происходит знакомство с любым памятником или зданием в Северной Корее? Гид с ходу вываливает на Вас огромное количество цифр. Казалось бы, ну, что нам нужно знать об Арке, кроме того, что она самая большая и в честь чего ее воздвигли? Но гид обязательно несколько раз повторит, что Арка открыта в 1982 году, состоит из 10 500 гранитных плит, высота ворот 60 метров, ширина 52 метра, высота арки 27 метров, ширина проезда 18 метров, украшена 128 фигурами, вырезанными в граните. Еще обязательно сообщают, сколько раз тот или иной памятник посещал Ким Ир Сен или Ким Чен Ын.

Зачем вся эта бесполезная информация — непонятно, но ее подают всегда. К примеру, в Мавзолее Ким Чен Ира стоит вагон, в котором он ездил по стране. Рядом стоит огромный стенд, где перечислено, сколько километров прошел вагон, сколько остановок совершил, сколько часов в нем провел Вождь, сколько Вождь раз собирал в вагоне совещания и сколько раз вагон красили. Зачем? Кому нужна эта информация? Но ее всегда повторяют несколько раз, чтобы посетители прониклись величием вагона и запомнили эти цифры.

Еще у корейцев развит символизм. К примеру, Арка весит 815 тонн, что символизирует 15 августа — день освобождения Кореи от японцев. А вот от этого памятника до той арки ровно столько-то метров, что соответствует дате рождения Великого Руководителя Ким Чен Ира. Я думаю, что в Северной Корее существует специальный отдел, который берет существующие цифры и находит им «легенду».

КЕССОН И ДЕМИЛИТАРИЗОВАННАЯ ЗОНА

Демилитаризованной зоной (ДМЗ) называют нейтральную полосу шириной 4 километра, которая протянулась через весь Корейский полуостров по 38-й параллели, отделяя Северную Корею от Южной. Именно здесь находились противоборствующие войска во время подписания Соглашения о перемирии. По сути это официальная граница между двумя Кореями.

Если честно, то ДМЗ не произвела вообще никакого впечатления. Ехали мы туда почти 3 часа, а провели там едва 30 минут. Чем ближе к границе, тем чаще на дороге появляются огромные высокие бетонные блоки, стоящие на обочине. В случае нападения со стороны Южной Кореи эти блоки обрушивают на дорогу, преграждая дальнейшее движение танков противника. Как только мы приближались к очередным таким блокам, наши гиды начинали усиленно либо петь, либо что-то спрашивать — отвлекали как могли.

В ДМЗ нас вначале завели в длинное и пустое помещение, посредине которого стоял стол — тут в 1953 году подписывалось мирное соглашение. Нас посадили за тот самый стол и стали посвящать в миротворческую роль Северной Кореи в этой войне. Нам рассказали, что войну, конечно же, развязали США и «их марионетки» в Южной Корее. Под мудрым руководством Великого Вождя армия Северной Кореи сразу перешла в контрнаступление, и только нежелание дальнейшего кровопролития заставило Великого Вождя согласиться на прекращение огня.

Я очень неплохо знаю историю Корейской войны, и про то, кто первый напал, и про целые эскадрильи советских истребителей, и про миллион китайских «добровольцев», которыми практически завалили наступление американцев и спасли Северную Корею от полного поражения. Видимо, все возмущение отразилось на моем лице, и наш гид, наклонившись к моему уху, очень жестким тоном сказала, что все вопросы я могу задавать только ей лично, потом.

Дальше нас привели к большому зданию, где мы поднялись на второй этаж, на балкон, с которого видна знаменитая картинка — граница, три синих сарайчика на границе и такие же здания южнокорейцев. На саму границу почему-то не пустили.

На обратном пути заехали в город Кессон — древнюю столицу Кореи и самый ближайший крупный город к линии разграничения между Северной и Южной Кореей. В Кессоне уже нет небоскребов и монументальных памятников, как в Пхеньяне, — типичная застройка а-ля СССР середины 80-х годов. Корейцы ставят более новые дома на фасад улиц, заслоняя тем самым более старые постройки.

Увы, судить о жилье я могу только по внешнему виду. Естественно, попасть в квартиру обычного корейца у меня шансов не было. Несколько раз мы наблюдали длинные очереди в продуктовые магазины. Много раз видели, как собирают огромное количество людей на какие-то массовые мероприятия агитационного характера. Но что это было — я не знаю, а гиды промолчали.

Кессон понравился. Конечно, в нем нет такой помпезности, как в Пхеньяне, но городок достаточно чистый. Что бросилось в глаза — ни на одном доме нет кондиционеров, но огромное количество маленьких солнечных батарей на подоконниках.

Насколько я понял из путаных объяснений гида — мощности заведенного на каждую квартиру электричества не хватает даже для кондиционера, только для освещения. Солнечные же батареи дают дополнительные мощности, например, для электрического чайника.

ПХЕНЬЯН

Столица произвела неоднозначное впечатление. Начитавшись разных репортажей и отчетов о стране, мы, конечно, ожидали повсюду грузовики, работающие на дровах, полное отсутствие легковых автомобилей и колонны демонстрантов каждое утро.

Но, либо Северная Корея сильно изменилась за это время, либо журналисты сильно сгущали краски. В центре Пхеньяна практически все здания высотные, есть даже новенькие небоскребы, возведенные под руководством китайских инженеров. В целом город выглядит вполне современно.

Машины на улицах есть — в подавляющем большинстве китайские малолитражки, но есть. Другое дело, что частных машин в Северной Корее вообще нет, не предусмотрена у них частная собственность на автомобили. Есть машины государственные, военные и принадлежащие предприятиям, то есть тоже государственные. Других машин нет. До этого я много читал в интернете, что вроде бы разрешено иметь частную машину, если ее подарят родственники из-за рубежа. Но сколько раз я не спрашивал местных, мне эту информацию никто не подтвердил.

В Пхеньяне много такси — маленькие китайские машинки зеленого и синего цвета. Но это скорее для партийных чиновников, народ в основном передвигается на автобусах и метро. На остановках автобусов всегда есть люди, а ранним утром очереди на автобусы просто громадные, человек по 100, не меньше.

Светофоры на улице есть, но они не работают — везде стоят регулировщики. Причем не только женщины, как это можно судить из фоторепортажей. Женщины только в центре стоят, а в других районах города регулировщиками работают мужчины.

По улицам ездят машины с установленными на крыше мегафонами и вещают что-то патриотическое. Причем, у них все, что патриотическое, всегда с таким нечеловеческим надрывом вещают, что, даже не зная языка, всегда можно отличить, когда про Отцов нации говорят. Кроме того, много раз видел огромные толпы людей на площадях, которые что-то репетировали с транспарантами, цветами и шариками. Гиды говорили, что готовятся к празднику. В СССР тоже так было, за пару недель до 1 мая народ сгоняли на репетиции.

Утром частенько видели небольшие группы ярко одетых людей, которые что-то пели и декламировали на оживленных перекрестках. Гид сказала, что это «агитационные группы», которые поднимают трудящимся настроение перед началом трудового дня.

Центр Пхеньяна — это витрина всего режима Кимов. На самой крутой улице Северной Кореи стоят почти небоскребы из стали и бетона. Только квартиры тут не продаются. В Северной Корее нет частной собственности на недвижимость.

В этих домах селится высшая элита государства — генералы, профессора, партийные руководители. Здесь всегда есть свет, вода и отопление. Когда в полночь по всему Пхеньяну отключают электричество — эта улица остается освещенной.

Правда, самый красивый бело-синий небоскреб явно необитаемый. За пять ночей я ни разу не видел там горящего света. На окнах нет штор, в помещениях нет мебели, и они явно пустые. По сути, это обыкновенная пустая коробка для антуража, как и многое в Северной Корее. Туристов на эту улицу привозят исключительно поздно вечером, когда подсветка делает улицу особенно привлекательной.

Впрочем, чтобы не возникало иллюзий, уже в нескольких кварталах отсюда начинается совсем другой Пхеньян — безликие панельки, выкрашенные в розовый или салатовый цвет, очереди на троллейбус и темные улицы.

В Пхеньяне мы видели огромное количество ручного труда. Начиная от десятков дворников, которые вручную выщипывают траву из газонов, и заканчивая тем, что абсолютно все дома строят военные стройбаты. Да, в Северной Корее нет строительных управлений, как это было в СССР. Абсолютно все стройки ведут военные стройбаты под руководством приглашенных из Китая специалистов. По сути, это рабы, в армию призывают на 10-15 лет, зарплату не платят, только кормят.

Мы несколько раз видели ужасно убогие мазанки, которые стоят рядом со стройками. Высота потолков — не более метра, туда можно только заползать. Отопление — буржуйки, трубы которых торчат прямо из крыши. Многие журналисты принимают эти хибары за жилье бедных корейцев. Нет, это временное жилье стройбатовцев, пока они строят что-то. У нас для строителей ставили бытовки, а тут делают такие мазанки. Что примечательно, в центре Пхеньяна их стараются прикрыть от туристов сетками на растяжках, а на окраинах города их уже не стесняются. Наши гиды очень переживали, когда мы видели эти мазанки.

Отдельная история — это телевидение, портреты и радиоточки. Каналов телевидения в Северной Корее всего два: один работает только по выходным, а второй начинает работать с 7 часов вечера и передает исключительно «вести с полей». Из развлекательных программ только концерты народной музыки и танцев. Вообще развлекательного контента на телевидении нет. Есть нескончаемые новости, что посетил Блистательный Руководитель и как его чествовали работники очередной фабрики. Нет передач, нет шоу — ничего. В субботу вечером показали какой-то очень-очень старый фильм про войну.

Музыка в Северной Корее только местная. Ни разу я не слышал, чтобы транслировали западную или вообще не местную музыку. Только корейские народные певцы и группы. Северокорейцы вообще ничего не знают о музыке за пределами их государства, даже не слышали о Майкле Джексоне и «Битлз». Правда, я спрашивал — не знают.

В каждой квартире и общественном помещении на стене обязательно прикручена радиоточка. Да, такая пластмассовая, как в СССР. Ее нельзя отключить, и она передает важные события, какие-то объявления и агитационные призывы. Еще в каждом помещении, обязательно по центру, висят два портрета вождей. Даже в каждом вагоне метро висят, в столовых, лифте — везде. Причем гиды нас строго предупредили, что при фотографировании в помещениях, где есть портреты Ким Ир Сена и Ким Чен Ира, необходимо, чтобы они полностью помещались в кадр, иначе будут удалять фотографии.

 

Мне удалось заглянуть в их обыкновенный магазин не для туристов и в местную парикмахерскую. В магазине примерно, как у нас в 1990 году — громадные полки, на которых стоят штабеля банок с соком и минеральной водой. Отдельная маленькая полка с социальными товарами — крупа, какие-то клубни, картошка. Все. Правда, в предпоследний день нас зачем-то повели в «крутой» супермаркет. Там было все — осьминоги, креветки, мясо, консервы. Все сделано в Китае. И все ценники за валюту. Да, там корейцы прямо на кассе расплачивались евро, долларами и юанями. Я был просто в шоке. Откуда в абсолютно закрытой стране у населения на руках доллары и евро? После жестких расспросов гидов, водителя и бармена в отеле мы пришли к выводу, что это своего рода «Березка», где продают дефицитные товары для ограниченного круга людей, в основном партийных работников. Местная парикмахерская — почти полный аналог советской, те же кресла, ножницы в стаканчиках и 12 (я спрашивал) утвержденных видов стрижек.

Отдельно стоит пояснить, что Пхеньян — это столица, которая находится на особом положении, и судить по ней о всей стране нельзя. В Северной Корее существует строжайшее ограничение на передвижение граждан внутри страны. Для того чтобы жителю другого города или села попасть в Пхеньян, ему нужно получить специальное разрешение от местного КГБ. Получение такого разрешения нужно обосновать: к примеру, групповое посещение Мавзолея Вождей, просто так в столицу не пустят. В Пхеньяне люди даже работают не так, как в стране в целом. К примеру, в столице 6-дневная рабочая неделя с выходным в воскресение. А в сельской местности работают 10 дней подряд с одним выходным. В колхозах работают в три смены.

МАВЗОЛЕЙ

Одним из знаковых мест для северокорейцев является Кымсусанский мемориальный дворец Солнца, а по-простому — Мавзолей Кимов. Когда Ким Ир Сен был жив, он использовал дворец в качестве одной из своих резиденций. После его смерти в 1994 году его сын Ким Чен Ир распорядился переоборудовать здание в Мавзолей. Забальзамированное тело Ким Ир Сена поместили в открытый саркофаг. Спустя 17 лет в этом же здании похоронили Ким Чен Ира. Мавзолей Ким Ир Сена — один из 5 существующих в мире мавзолеев лидеров государств. Остальные находятся в Москве, Ханое, Тегеране и Пекине.

Для северокорейцев поход в Мавзолей Ким Ир Сена представляет собой священную церемонию. Просто так попасть местным туда нельзя, только в составе группы — школьными классами, бригадами или воинскими подразделениями. Обычно разрешением на посещение Мавзолея награждают за какие-то достижения, к примеру, школьный класс, который победил в конкурсе на лучший стих про вождя, или рабочую бригаду передовиков производства.

Иностранцы могут посещать Мавзолей только по четвергам и воскресеньям. В эти дни в Мавзолее можно увидеть практически всех иностранцев, которые на данный момент находятся в Пхеньяне. Нас настоятельно попросили надеть строгую и торжественную одежду. С утра всех иностранцев собирают в специальном зале ожидания и распределяют, в какой последовательности какая группа пойдет в Мавзолей. Наши гиды явно пользовались уважением, одно их слово — и нас пустили самыми первыми.

Несколько сотен северокорейцев уже стояли в огромной очереди к Мавзолею. Иностранцы обходили всю очередь по отдельной пустой полосе. При входе в Мавзолей заставляют сдать все вещи — фотоаппараты, смартфоны, сигареты, зажигалки.

Дальше все передвигаются по движущейся ленте по туннелю, стены которого увешаны фотографиями семейства Кимов. Длина туннеля — чуть меньше километра, и путь занимает около 20 минут. Идти или бежать по движущейся ленте нельзя, нужно только стоять со скорбным лицом. Впрочем, все это время я с интересом наблюдал за северокорейцами, которые тоже ехали с нами. Все одеты торжественно и абсолютно одинаково — мужчины в черных брюках и полувоенных френчах, женщины в черных юбках с высокой талией и белых рубашках либо в традиционных цветастых длинных платьях. Северокорейцы стояли, не шевелясь, не разговаривая. У всех был застывший взгляд, многие буквально дрожали.

Уже в гостинице я спросил канадца из соседней группы, который был специалистом по Северной Корее, насколько искренне их поведение. С его слов, подавляющее большинство действительно считают Кимов богами, остальные просто имитируют трепет, чтобы их не обвинили в измене родине.

Все здание изнутри облицовано мрамором. Внутренний объем Мавзолея невероятно большой — огромные пустые залы с 8-метровым потолками. В одном из залов стояла статуя Ким Ир Сена, подсвеченная со всех сторон. Нам дали инструкции, что все должны подойти к статуе, поклониться и стоять не менее 30 секунд, выражая свою скорбь. Через эту процедуру пропускали всех иностранцев.

Далее местные гиды рассказали нам, какая катастрофа постигла мир после смерти Ким Ир Сена: «Казалось, земной шар потерял свой вес под тяжестью потери величайшего человека на земле», «во всех странах и на всех континентах все прогрессивное человечество оплакивало величайшего борца с эксплуататорами трудового народа» и «весь корейский народ плакал кровавыми слезами, которые превратились в алое знамя». Я украдкой щипал себя за ногу, чтобы слушать это все с серьезным лицом.

Тело Ким Ир Сена находится в высоком, пустом и полутемном мраморном зале, отделанном золотом. К саркофагу пускают по четыре человека в сопровождении гида. Посетители совершают круг вокруг гроба, останавливаются на каждом углу и кланяются гробу. Перед нами северокорейке стало плохо прямо перед гробом, видимо, не выдержала нервного напряжения. Из-за шторы тут же выскочили два человека в черных костюмах, подхватили женщину под руки и мгновенно унесли из зала.

После этого идет огромное количество залов, в которых выставлены награды и личные вещи вождя. Что больше всего поразило — в отдельном зале стоит личный железнодорожный вагон Ким Ир Сена. Чуть позже нам показали личный катер и даже самолет Ким Чен Ира. Реально — огромный 16-метровый катер стоял на стапеле посредине специального зала. К нему даже приделали покрашенные пенопластовые волны. Про самолет я даже молчу. Ума не приложу, как они затолкали его в середину дворца. Наверное, разобрали по винтикам и собрали заново.

Вторая часть Мавзолея была посвящена второму из династии Кимов — Ким Чен Иру, но она по сути аналогична части его отца. На выходе из Мавзолея я видел рыдающих северокорейцев, которые не могли сдержать всех испытанных эмоций. Мне кажется, они все-таки верят в божественную сущность Кимов.

МУЗЕЙ ПОДАРКОВ

Музей подарков Вождям тоже интересный, здесь собраны подарки, которые дарили зарубежные гости и фанаты Ким Ир Сену и Ким Чен Иру. Снаружи Музей смотрится очень скромно, простой вход в виде традиционной пагоды. Остальные помещения вырублены внутри скалы — 150 залов и более 20 тысяч квадратных метров, соединенных длинными коридорами. Всего музей занимает 6 этажей. В скале! 6 этажей! Для подарков.

На входе у нас опять отобрали и фотоаппараты, и телефоны, так что фоток оттуда тоже нет. Кроме того, заставили надеть бахилы из мягкой ткани, чтобы глушить шаги по мраморному полу музея. В бахилах стояли даже вооруженные охранники внутри здания.

Здесь мы нашли подарки от Кучмы и Кравчука. Есть отдельный зал подарков от «дружественного СССР», где множество всякого хлама от коллективов заводов и фабрик, ансамблей и институтов. Конечно, есть подарки от Генеральных Секретарей СССР — Брежнева, Черненко, Андропова. Особый зал занимают автомобили, которые подарили советские руководители. Есть бронированный ЗИС с пуленепробиваемыми 8-сантиметровыми стеклами — личный подарок от Сталина. Есть автомобиль, который подарил Маленков. Самый большой зал занимают два подаренных Сталиным и Мао бронированных железнодорожных вагона. Гид музея сказала, что вагоны установили в зале еще до того, как вокруг возвели стены.

Музейные гиды, конечно, опять радовали, рассказывая, как у всего мира кровь шла из глаз, когда умер Ким Ир Сен, киты выбрасывались на сушу в знак траура, и на небе упало сразу три звезды. Конечно же, не пропустили и божественное происхождение Вождей. Согласно рассказанной гидами официальной версии, Ким Чен Ир родился на горе Пэктусан, которая считается священным местом. Рождение Ким Чен Ира вызвало смену зимы весной и освещалось яркой звездой в небе.

Меня же после посещения Мавзолея и Музея подарков больше поразила другая мысль. Сколько же они потратили ресурсов, чтобы возвести такие махины, выдолбленные в скале дворцы, при том, что население живет в полной нищете, при том, что в начале 90-х от голода погибли несколько миллионов корейцев. Ладно, возвели, но ведь содержание таких огромных мегалитических сооружений требует каждодневных колоссальных ресурсов. Во всей стране нет электричества, но при этом все 150 залов музея кондиционируются и освещаются круглосуточно.

ВЫВОДЫ

Прочитав эту главу, у читателя может сложиться неправильное чувство, что Северная Корея — это примерно как Советский Союз. Нет, нет и еще раз нет. Северная Корея очень отличается от СССР, прежде всего колоссальным давлением идеологии. Это то, что не видно на фотографиях или видео, и это то, что кардинально отличает КНДР от СССР.

Очень часто, рассматривая фотки из КНДР, люди умиляются, вспоминая свою юность в Советском Союзе. Да, похоже, но лишь визуально.

Северная Корея полностью отрезана от любой информации извне. Причем беспрецедентно отрезана. Все-таки СССР не был такой закрытой страной — были моряки, которые выезжали из страны, были туристические поездки, редкие, но они были, были иностранные фильмы, были переводные книги — полной изоляции не было никогда. В Северной Корее изоляция полная, население вообще не знает, что происходит за рубежом, не знает даже элементарные вещи. Нет интернета, нет спутникового телевидения, нет зарубежных книг и фильмов.

Вместо интернета в Северной Корее внутренний интранет, который больше похож на локальную сеть и в котором можно зайти только в Центральную библиотеку и на сайт по изучению чучхе. Доступа к всемирной паутине нет.

В Северной Корее нет мобильной связи в нашем понимании. Мы видели некоторых местных с мобильными телефонами, но это были наши гиды, военные и чиновники. Связь работает только в пределах Пхеньяна, и мобилка выдается только по месту работы тем, кому она «положена».

Естественно, нет никаких других источников информации, все печатные СМИ — это органы партии, а телевидение просто смехотворно — один новостной канал два часа вечером и еще один канал с концертом народной музыки в воскресенье. Причем, судя по подаче информации, наш «Сельский час» был в разы информативней. Тут новости состоят из блоков, что посетил Блистательный Руководитель и что открылось в стране благодаря опять-таки Блистательному Руководителю. Все. Иногда сюжет добавляют, как в США и Европе люди голодают.

Что самое страшное, так это уровень промывки мозгов населения. На протяжении 70 лет власть здесь наследуется исключительно семьей Кимов, превращая страну в монархию, что было немыслимо в СССР. Кроме того, в Северной Корее беспрецедентное обожествление руководства страны. Это не фигура речи. Чучхе — это новая религия, а династия Кимов — это живые боги в стране утренней свежести.

В СССР в конце 80-х люди все-таки больше делали вид, что верят в коммунизм, в Северной Корее же люди реально верят в чучхе, причем верят неистово и искренне. Корейцы под прессом пропаганды искренне верят, что они живут лучше всех в мире и на них все хотят напасть. Так как отсутствует информация извне, машина пропаганды Северной Кореи способна вкладывать в уши корейцев любую информацию.

Когда мы были в Музее народной войны, то были шокированы информацией, которую нам давала местный гид. Оказывается, Корею от японцев освобождала не Красная Армия, а исключительно отряды партизан под предводительством Мудрейшего руководителя Ким Ир Сена. И никто Северной Корее в войне с Южной Кореей тоже не помогал — ни советские эскадрильи истребителей, ни полки советских ПВО, ни миллион китайских добровольцев — их просто не было, а всех победил единолично Ким Ир Сен.

Обычно блогеры, побывавшие в Северной Корее, делают упор на «ужасных» условиях жизни. Но это молодые блогеры, они не помнят жизни в СССР, ведь мы в большинстве случаев жили так же. Скажу больше, не менее половины стран мира в материальном плане живут еще хуже, чем Северная Корея. Не это делает Северную Корею ужасным местом, отнюдь не это.

Жесточайшая пропаганда, полное отсутствие свободы слова, запредельное обожествление своих лидеров и тотальный запрет на выезд из страны — вот что реально отличает Северную Корею от всего остального мира.


Подробней о Северной Корее и других самых опасных и экзотических странах можно прочесть в моей новой книге «ДВА МИЛЛИОНА КИЛОМЕТРОВ ДО МЕЧТЫ».  Более 300 авторских фотографий и 468 страниц полных приключений и юмора.  Книгу можно заказать здесь: www.aroundworld.com.ua


© Константин Симоненко, 2021

Вся авторские права на эту статью, текст, фотографии и видеоматериалы принадлежат Константину Симоненко.  Любое использование либо копирование материалов этой статьи или ее части, а также фотографий или видеоматериалов  допускается лишь с разрешения правообладателя и только со ссылкой на источник: www.Konstantin.Travel


5 897 просмотров

Подпишитесь на рассылку новостей и не пропустите выхода моих новых статей о захватывающих и редких странах! Уведомления будут приходить не чаще двух раз в месяц.