МАВРИТАНИЯ

ОКТЯБРЬ 2015

Издавна на территории Мавритании жили берберы. В 16 веке арабы, которые валом прошлись по всей Африке, покорили берберов и смещались с ними, создав новую этническую группу — мавры, в честь которых и названа эта страна. Те берберы, которые не захотели смешиваться с арабами, укрылись в глубине пустыни и позже стали называться туарегами.

Как колония кусок пустыни под названием Мавритания был никому не нужен. Контролировать разрозненные кочевые племена  было тяжело, а полезных ископаемых на этой территории не было. До середины 20 века на территории Мавритании вообще не было ни одного города, поэтому французская администрация Мавритании находилась в Сенегале.

В 1960 году Мавритания стала независимым государством. За два года до этого был основан город Нуакшот на месте обыкновенного рыбацкого поселка с населением меньше 2 тысяч человек.

ГЕОГРАФИЯ и ЭКОНОМИКА

60% территории Мавритании это пустыня Сахара. Остальные 40% это тоже пустыня, только называется по другому. Водоемов нет, растительности нет, животного мира нет. Есть река, но по ней как раз и проходит граница Мавритании и Сенегала. Из животных скорпионы, тушканчики и шакалы.

Официально Мавритания одна из самых беднейших стран мира. По показателю ВВП на душу населения страна находится на 185 месте в мире. Уровень безработицы около 30%. Это официально. А неофициально я вообще не понимаю, чем они там все занимаются, кроме рыбаков.

Вся экономика страны это рыбная ловля, продажа квот на вылов рыбы другим странам и добыча железной руды и медного концентрата. Кроме Нуакшот есть еще один город-порт Нуадибу – остальные это уже не города, а поселки.

РАБСТВО

Мавритания последняя страна в мире где до сих пор существует рабство. Настоящее, реальное рабство со всем атрибутами — рабов можно продавать, дарить, получать в наследство.

До 1981 года рабство в Мавритании было официально прописано в Конституции. Потом, под нажимом ООН из Конституции исключили пункты о рабстве. Но при этом никакой ответственности за рабовладение и принудительный труд не вводили вплоть до 2007 года. Впрочем, даже после введения наказания за все эти годы ни один рабовладелец не был привлечен к ответственности. Рабство как было так и осталось, только уже не официально. По оценкам ООН в рабстве находится не менее 600 тысяч мавританцев или около 20% населения страны.

Нет, туристам в Мавритании ничего не угрожает. Рабами могут быть только местное черное население, а рабовладельцами — берберы, которые здесь вроде как привилегированный класс. У берберов более светлая кожа и они одеваются в белые туники и синие шарфы. За многие годы сложилась целая каста черного населения под названием харатим — все они рабы уже много-много поколений. Обычно рабы выполняют всю грязную работу — ловят рыбу, разносят воду по домам, убирают улицы. Рабы убеждены, что после смерти попадут в рай только если будут выполнять волю господ. Психологи, изучавшие этот феномен, даже название ему придумали — «синдром дяди Тома».

Мне показали семью рабов. Люди как люди. Мужчина сказал, что доволен — у семьи есть крыша над головой, ему не надо каждый день думать, где взять еду. Об этом заботится хозяин. Если заболеют – их вылечат. Мне было так странно и страшно все это слышать.

ПРИЛЕТ, МАШИНА, ОТЕЛЬ

Визу в Мавританию ставят по прилету. Никаких бумажек или документов не нужно. Паспорт и 130 долларов. Из аэропорта взял такси – старый-старый Мерседес. Стекол в машине не было. Ручки на двери тоже не было, как и замка. Отсутствие стекол было разумным — удобно держать дверь, чтобы она не открывалась на ходу. Без стекол в окна сильно задувало песок. Для этого в полу салона была вырезана дырка, в которую песок можно было сгребать ногой.

Таких машин в Мавритании большинство. Франция и Германия вместо того, чтобы за дорого утилизировать свое старье на родине, привозит этот металлолом в Мавританию и продает за копейки, только чтобы отбить доставку. Через пару лет этим машины превращаются в полную рухлядь.

Утром встретился со своим гидом. Одет он был в традиционный наряд мавританских мужчин, который выглядит как огромное белое пончо, нижние концы которого соединены между собой по бокам, а на груди сделан большой карман под левую руку. Представили? Это тяжело  представить со слов. На фотографиях посмотрите, я не смогу более внятно это описать. Сверху этого всего повязывается синий шарф.  Называется вся эта сбруя – буба. Зажиточные берберы носят эту одежду повсеместно — она отличает их от местных черных. Это своего рода униформа для них.

ВПЕЧАТЛЕНИЯ

Первое, на что обращаешь внимание в Нуакшоте – везде песок. На тротуаре, на дороге, в комнатах, в магазинах, в ботинках, в карманах, в бумажнике, на зубах. Я вначале поражался – как такое может быть. Пью воду – песок скрипит на зубах, ем – опять скрип на зубах. Ничего не делаю – все равно будет скрепеть. Оказалось все просто – ветер гонит песок из пустыни и мелкие частички песка постоянно находятся в воздухе. Поэтому песок на зубах всегда и везде.  И даже через 3 дня после отлета из страны.

Нуакшот город крошечный. Практически все тротуары занесены песком. Подавляющее большинство зданий – бетонные коробки в два-три этажа. Более мене высоких зданий в городе всего несколько. Город откровенно грязный и бедный.

Самое центральное место города это Большая Мечеть, которую построили на деньги Саудовской Аравии. Мечеть красивая – вопросов нет. Саудиты на мечетях руку набили, да и денег не жалеют на это дело. Но вокруг разруха, песок, развалины и мусор.

Напротив Мечети стоит самое высокое здание Нуакшота – бизнес центр на целых 9 этажей. Может сейчас уже отстроили более высокие, но тогда это здание было единственным. Я подумал, что можно подняться на крышу здания и сделать оттуда панораму города. Гид замялся, мол, на крыше никогда не был.

Заходим в здание, поговорили с охранником. Ну как он белому откажет? Поднимайтесь говорит, вон там лифт. Лифт действительно стоял на первом этаже, доброжелательно распахнув нам своим двери.

Зашли с гидом в лифт. Стоим ждем. Ну, а я что? Может так надо. Я стою, он стоит. Я жду. Он стоит. Проходит минута. Я смотрю на гида. Гид смотрит в потолок. Я жду. Он стоит. Вторая минута. Я спрашиваю, а что ждем то? Гид – ну так сейчас же поехать должны. Тут я понимаю, что он просто никогда не ездил в лифте. Жму кнопку с цифрой 9 – лифт начинает движение – на лице гида восторг. Магия!

А панорама города с крыши самого высокого здания в стране впечатления не производит, хотя и вид на самую главную мечеть.

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ РЫНОК

Центральный рынок находится в самом центре города на пересечении авеню де Голля и авеню Насера. Рынок делится на открытую и крытую часть. Самое интересное в крытой части. Там есть всякие товары местные, подделки, текстиль и так далее. Если Вы думаете найти там сувениры, Вы будете глубоко разочарованы. Нормальных сувениров в Мавритании нет. Даже магнитов нет.

Есть какие то шкатулки, какие то брелоки, кинжалы из жести и куча всякого хлама типа бус. Причем весь ассортимент абсолютно одинаковый абсолютно во всех лавках. Зашел в одну лавку, считай, что посмотрел все. В Мавритании не любят торговаться. Берберы народ гордый и считают это ниже своего достоинства.

РЫБНЫЙ БАЗАР

Главная достопримечательность Нуакшота это конечно Рыбный Базар. Много раз я видел эти фотки в интернете – вереница разноцветных лодок вдоль берега океана. Все так и было.

Сам Нуакшот находится не прямо на берегу океана, а в нескольких километрах от него. Поэтому на Рыбный Базар надо ехать примерно полчаса. Запах начинает чувствоваться где то за километр. По мере приближения запах усиливался. На самом рынке воняло страшно. Мы прошли через базар, на котором разделывали рыбу, все что то кричали, таскали корзины с рыбой, грузили в машины – короче локальный Армагеддон на фоне запаха гнилой рыбы.

Запомнился громадный, голый по поясам громила, который рубил рыбу-меч огромным тесаком на такие же громадные куски. Я хотел его сфотографировать, но он так зыркнул на меня и прокрутил над головой тесак, что фоткать я резко передумал.

Вообще с фотографированием в Мавритании напряженно. Не любят они фотографироваться.   Причем если в других странах просто делают замечание, то в Мавритании ведут себя достаточно агрессивно. Могут швырнуть камень или рыбу. Поэтому большинство фоток в Мавритании я делал «от бедра» и на вскидку.

Пройдя через рынок мы вышли к океану. Длинные огромные расписанные лодки стояли рядами на песке, еще больше лодок было в океане. На берегу сидело несколько сотен женщин в национальных нарядах и ждали возвращения рыбаков с уловом.

Сюрреалистичное зрелище. Я достал фотоаппарат и попытался снять окружающую действительность – местные стали что то угрожающе мне кричать и делать жесты. В какой то момент я увидел камень, который летел в мою сторону. Тетка, замотанная с ног до головы в цветастые платки, замахнулась на меня огромным тунцом, держа его за хвост. Я даже успел подумать, что это унизительно, когда бьют мокрой рыбой, уж лучше камнем. Умру как мужчина!

Спас ситуацию гид бербер, который своим белоснежным одеянием резко контрастировал с рыбаками. Он резко что-то прокричал толпе. Рыбаки тут же сникли. Он тут хозяин. Все четко.

Неожиданно толпа пришла в движение — к берегу прибывала первая лодка с уловом. Лодку на скорости уткнулась в прибрежный песок, ее тут же подтянули дальше на пляж.

Потом к лодке потянулась вереница грузчиков. Рыбу из лодки вываливали в громадные корзины и ставили их на головы грузчиков. Грузчики тащили корзины на рынок и разносили их по лоткам. Что интересно, за каждым грузчиком следовали местные пацаны и подбирали упавшие с корзины рыбины. Что упало, то пропало, и пацанов не гнали.

НАЦИОНАЛЬНЫЙ МУЗЕЙ

На удивление музей очень неплохой. После всех виденных мной прелестей Нуакшота я лично ожидал увидеть очередной краеведческий музей, но экспозиция была достойной. Два этажа, несколько залов, все чистенько,  структурировано и подписано. Описана жизнь древних мавританцев от каменного века до настоящего времени. Фотографировать в самом музее запрещено, хотя никто за тобой не ходит и не контролирует.

ЯЗЫК, ЕДА, ВАЛЮТА

В Мавритании не говорят на английском. Только местный язык и французский. Причем английский не знают ни в отеле, ни в аэропорту, ни в ресторанах – нигде. Желания понять тебя у них отсутствует напрочь. Если белый – значит француз, если француз – значит должен говорить на французском, не говорит на французском – значит больной, о чем говорить с больным?

Еда здесь простая. Даже слишком простая. Народ питается в многочисленных «дибетериях». Обычная еда это рис. Рис привозной, очень плохого качества, но дешевый. Если есть немного денег, то рис с рыбой. В Мавритании с рыбой проблем нет. В железную миску наваливают кучу риса и сверху кидают пару кусочков рыбы и варенных овощей.

Во всех заведениях посуда исключительно железная, иногда рис наваливают просто на промасленную оберточную бумагу. Если человек зажиточный, то он говорит официанту сумму на которую хочет поесть и ему на эти деньги наливают сверху риса тушенную курятину. Выглядит не очень аппетитно.

Вот что реально у них вкусно, так это верблюжатина на гриле. Пьют в основном кофе и зеленый чай. Черного чая нет принципиально. Из деликатесов рекомендую верблюжий сыр местного производства. Штука специфическая, но вкусная.

Местная валюта называется уги. В магазинах, кафе и гостинице принимают евро. Но каждый раз курс обмена произвольный и зависит исключительно от продавца. Обычно собирается большая толпа народа и все начинают совещаться по какому же курсу принять у белого его жалкие евро.

Ввоз и вывоз национальной валюты запрещен. Всю валюту, которая ввозиться в страну надо декларировать. На обратном пути таможня проверяют остатки наличности. Все уги которые найдут на отлете – изымают. Если найдут конечно. У меня не нашли.


© Константин Симоненко, 2018-2020

Вся авторские права на эту статью, текст, фотографии и видеоматериалы принадлежат Константину Симоненко.  Любое использование либо копирование материалов этой статьи или ее части, а также фотографий или видеоматериалов  допускается лишь с разрешения правообладателя и только со ссылкой на источник: www.Konstantin.Travel



374 просмотров

Подпишитесь на рассылку новостей и не пропустите выхода моих новых статей о захватывающих и редких странах! Уведомления будут приходить не чаще двух раз в месяц.